падтрымаць нас

Артыкулы

Санкционные обновления и производительность диктатуры 

Санкционные обновления и производительность диктатуры 

Новый выпуск «Пульса Ленина-19» продолжает тему противоречивого влияния санкций на Беларусь и режим Лукашенко.

Начало июня принесло две волны санкционных обновлений — вступившие в полную силу ограничительные меры ЕС, утвержденные еще в марте за соучастие Беларуси в агрессии России против Украины, и новые, принятые Евросоюзом, а также США и другими странами.

Речь идет, например, о полном прекращении с 4 июня экспорта в ЕС изделий из древесины, железа, стали, резины, а также цемента и калия. Ограничивается экспорт технологической продукции, запрещается поставлять в Беларусь товары и технологии, которые могут способствовать развитию оборонной отрасли, оказывать техническую или финансовую помощь, а также брокерские услуги. 

Все это будет иметь печальные последствия для торговых и инвестиционных связей Беларуси с цивилизованным миром, но вряд ли станет стимулом для демократических перемен.

Наша ниша

Статистика внешнеторгового оборота за январь-апрель 2022 года показывает два основных эффекта санкционного давления. Первый — падение объемов внешней торговли Беларуси в целом, второй — рост оборота с Россией.   

Сравнение данных с аналогичным периодом прошлого года (январь-апрель 2021-го) показывает, что внешнеторговый оборот Беларуси снизился на 4,4% до 22,7 млрд (здесь и далее суммы в американских долларах). Экспорт — на 2,6% до 11,1 млрд, импорт — на 6,1% до 11,6 млрд.

Причина — падение торговли с ЕС из-за санкций. Оборот товаров в торговле с ЕС снизился на 20,4% до 3,9 млрд, в том числе экспорт – на 15,2% до 2,4 млрд, импорт – на 27,8% до 1,4 млрд. Внешнеторговый оборот товаров со странами вне СНГ — а это вся “дальняя дуга” — уменьшился на 15,7% до 8,1 млрд, в том числе экспорт – на 11,1% до 4,2 млрд, импорт – на 20,2% до 3,9 млрд.

Торговля с Украиной с началом войны и вовсе прекращена (санкции ни при чем), а на ее долю приходилось 11% беларусского экспорта, или 5,4 млрд по итогам 2021 года.

Торговля товарами с Россией и СНГ, наоборот, увеличилась: с РФ на 10,1% до 12,6 млрд, в том числе экспорт – на 14% до 5,4 млрд, импорт – на 7,3% до 7,2 млрд, со странами СНГ — на 3,3% до 14,5 млрд долларов, в том числе экспорт – на 3,6% до 6,8 млрд, импорт – на 3% до 7,6 млрд. Агентство Блумберг даже ошарашило сенсацией, что в апреле Беларусь в первый раз обошла Германию по поставкам в Россию. 

Доля РФ во внешнеторговом обороте Беларуси увеличилась с 48% до 56%, а доля ЕС уменьшилась с 21% до 17%. И это тренд, который под влиянием новых санкций усилиться.

Западного бизнеса все меньше в РФ, в итоге Беларусь пытается занять освободившиеся ниши и за счет российского рынка во многом компенсировать потерю западных. В этой схеме, стимулируемой санкциями, есть четкий рост зависимости от РФ и нет места для смягчения режима Лукашенко и демократических перемен. 

Климат, несовместимый с бизнесом

Еще один очевидный устойчивый тренд — уход из Беларуси или сокращение своего присутствия западных компаний. Им, как правило, был интересен рынок стран единого экономического пространства. 

В Беларусь не станут больше приходить и азиатские компании, нацеленные на европейский рынок и которые смотрели на нашу страну как на хаб. Они предпочтут Польшу, Венгрию или Чехию.

Примером компании, вынужденно сокращающей своей присутствие в Беларуси, является Штадлер — производитель рельсового электротранспорта. По информации швейцарского издания NZZ, завод в Фаниполе обошелся компании в 73 млн евро, 26 из которых выделил Европейский банк реконструкции и развития в качестве кредитов. 

До августа 2020 года на заводе Штадлера в Фаниполе работали 1500 сотрудников, и компания планировала расширяться. Сейчас — менее 1000 и будут дальнейшие сокращения. 

Большая часть производства, а также некоторые сотрудники уже переведены на другие заводы компании, в основном находящийся в Польше в 60 километрах от границы с Беларусью. Почему? 

Из-за санкций. Как только они стали вводится, завод в Фаниполе начал терять заказы. Не потому, что продукция подпадала под ограничения, а потому что делалась в Беларуси, а все беларусское из-за санкций автоматически становилось для западных потребителей токсичным. 

Сейчас санкции касаются производства Штадлера непосредственно — в числе ограничений, которые вступили в силу в июне, запрет на экспорт в Беларусь электронных компонентов, установка которых до недавнего времени была частью производственного цикла на заводе в Фаниполе. Теперь там, если верить NZZ, останется фактически только сварка кузовов.

Между тем компания Штадлер являлась флагманом западного бизнеса в нашей стране. Штадлер приносил инвестиции и передовые технологии, притягивал в Беларусь зарубежный бизнес, потому что служил лучшей рекламой беларусского бизнес-климата. Теперь послужит антирекламой. 

Нет дефицита жести

Только как все это влияет на Лукашенко? Определенно создает ему экономические трудности, которые наверняка в какой-то момент оказались бы несовместимыми с продолжением полномочий для демократического правительства. Однако беларусские власти таковым не являются и не стеснены в жести — методах воздействия на общество.

Санкции могут спровоцировать экономический кризис, и он сильно повлияет на качество и условия жизни беларусов, но какая тут связь с либерализацией общественно-политической жизни?

Беларусская власть может позволить себе остановить репрессии, будучи прижатой к стенке или абсолютно уверенной в своей безопасности, не испытывая давления Запада. Кризис только усилит репрессии — они скорее будут применяться превентивно, чтобы задушить возможные возмущения еще до заводской проходной.

Есть и международный опыт, который обнуляет санкционные расчеты на бунт. Уже не раз приводил в пример Ливию, где в свое время из-за глобальных санкций Совбеза ООН безработица достигла трети населения, или Югославию, где по этой же причине цены выросли в 3,5 тысячи раз, а 40% предприятий закрылись. К смене режимов санкции не имели прямого отношения — в Югославии она произошла спустя 5 лет после приостановки, а в Ливии — через 8 лет  после снятия ограничений. 

В Венесуэле гиперинфляция достигла таких пределов, что деньги принимают на вес, но это не мешает Мадуро оставаться у власти.

С тем, чего требуют санкции — прекращение репрессий, освобождение политзаключенных, проведение новых выборов — дела обстоят ещё хуже. 

Лукашенко не помышляет об отказе от власти, а протестное движение задавлено. Все вспышки последних месяцев носили антивоенную направленность и мало-мальской угрозы режиму не представляли.

Диктатура укрепилась. Власти отказываются от диалога с обществом, напротив — продолжают уничтожение инакомыслия и любых возможностей протеста, дискредитируют и вытесняют за пределы Беларуси сторонников перемен. При этом действуют исключительно силовыми методами, нагнетают страх и радикально ужесточают законодательство

На информационном поле в Беларуси выжженная земля. Общество теряет молодых, активных, перспективных — они массово покидают страну. Все это вряд ли увеличивает потенциал перемен. И санкции его накоплению тоже не способствуют.

Фото: realt.onliner.by