• Артыкулы
  • Падкасты
  • Відэа
  • Спецпраекты
  • Падзеі
  • Пра нас
  • About us
  • Падтрымаць нас
  • Артыкулы
  • Падкасты
  • Відэа
  • Спецпраекты
  • Падзеі
  • Пра нас
  • About us
  • Падтрымаць нас
  • Потолок как основа роста белорусского экспорта

    Новый выпуск «Пульса Ленина-19» посвящен национальным особенностям планирования и выполнения заданий по развитию белорусского экспорта. Этой темы уже касался один из апрельских пульсов, на этой неделе появился повод возвратиться к ней подробнее.

    Теорема Червякова

    21 сентября правительство обсуждало прогноз социально-экономического развития Беларуси и назвало основные прогнозные цифры на 2022 год. В частности, экспорт товаров и услуг должен увеличиться на 6,3%. По сравнению с чем? С экспортом в 2021 году, который еще не закончился и фактический итог которого, разумеется, неизвестен — впереди еще целый квартал. Формула расчета роста уже в этом не лишена изъянов, но и это не самый крупный из них.  

    Проценты мало что говорят, обратимся к стоимостным объемам. В прогнозных планах 2020-го на 2021 год экспорту поручалось дорасти до 39 млрд и обогнать импорт на 608 млн долларов США. За семь месяцев торговли ситуация складывалась благоприятно — экспорт достиг 26 млрд долларов при положительном сальдо в 2 млрд.

    На 2022 год белорусскому экспорту поручено достичь 46 млрд долларов США при положительном сальдо более 2 млрд долларов США. Такое задание на новый год белорусской экономике озвучил ее министр Александр Червяков. “Мы должны воспользоваться окном возможностей по увеличению экспорта. Рынки растут, и наша задача — максимально продать нашу продукцию”, — сказал Александр Червяков.

    «Видишь суслика? — Нет. — И я нет. А он есть!», — эти рассуждения прапорщика в “ДМБ” метко описывают невидимые глазу “окна возможностей” и “растущие рынки” Червякова. “Суслика” министр видит, а пакеты санкций, перекрывающие доступ на западные рынки целым секторам, почему-то нет.

    Объяснение тут простое. Прогнозный показатель белорусского экспорта не может быть отрицательным. Не положено экспорту не расти. Неважно, какая международная конъюнктура, торговый режим и так далее, правительство обязано прогнозировать рост. Это потом, когда задание по экспорту будет провалено, вспомнят и положат на бумагу в качестве обоснования все объективные и субъективные причины. Большая часть из них очевидна и на момент прогноза, но игнорируется, как мешающая мечтам расти. 

    Регулируемая крепость маразма 

    При составлении экспортных прогнозов правительство (Минэкономики) запрашивает мнение Министерства иностранных дел, которое отвечает за координацию внешней торговли. Лукашенко, как известно, считает продвижение экспорта основной функцией дипломатов. МИД формирует позицию на основе предложений посольств. В течение года посольствам приходится многократно фантазировать на тему прогнозов экспорта — на год вперед, расписывая поквартально, на пятилетку и так далее. Подход тот же — прогноз должен быть положительным. Иначе возникают вопросы к послу — не закладывает рост, значит не на своем месте.

    Откуда берутся дипломатами, ответственными за торговлю, прогнозные цифры? В основном, с потолка. Это самое надежное место, поскольку сам заказчик — правительство — берет свои расчеты тоже оттуда.

    В странах дальней дуги, особенно там, где взаимная торговля не имеет больших объемов, часто случается, что продажа Белаза или пары тракторов увеличивает белорусский экспорт в сотни, а то и в тысячи раз. В следующем году продаж техники нет и торговля возвращается к своим очень скромным величинам. На западных премиальных рынках такие скачки происходят гораздо реже, там совершенно иная философия торговли и обеспечение постоянного роста немыслимо в принципе без структурных изменений белорусской экономики или условий доступа на рынок. Для многих белорусских экспортных позиций западные рынки просто недосягаемы по причине конкуренции, отсутствия сертификации, пошлин и иных ограничительных мер.

    Из экспортного задания посольствам выпадает торговля нефтью, нефтепродуктами,  калийными и азотными удобрениями. Не помню, кому из премьеров дипломаты обязаны этой оригинальной инициативе. Возможно, то было решение самого Лукашенко. Рост поставок в этих категориях сырьевых товаров не идет в плюс дипломатам и МИДу, но может пойти в минус, когда они падают. В новых санкционных условиях продвижение этих экспортных позиций — задача ни на один миллиард.  

    Пик отчетного маразма по экспорту приходится на времена премьерства Сергея Сидорского. В те годы дипломаты отчитывались за продвижение экспорта ежемесячно по каждой товарной группе из номенклатуры поставок. От страны к стране это могут быть сотни позиций. Приходилось с калькулятором в руках рассчитывать выполнение задания по каждой из них, описывать принятые меры в случае падения поставок, ну и вообще отчитываться о проделанной за месяц торгово-экономической работе. Бесконечный отчет вместо работы. 

    На основании этих отчетов, а точнее показателей делались оргвыводы о работе дипломатов. Случались анекдоты, когда дипломата наказывали за промежуточное невыполнение экспортного задания, скажем, по итогам полугодия. По итогам года торговля выравнивалась, экспортное задание выполнялось и наказанный дипломат и его посольство выходили в передовики.

    Со временем маразм стал немного спадать, в правительство стали попадать приличные люди, убавившие градус. Сейчас дипломаты отчитываются о развитии экспорта поквартально. Выполнение прогнозного задания по развитию экспорта по-прежнему “индикативный показатель эффективной работы руководителя посольства”. Отчет упростился, но его суть остается прежней — анализ внешнеторговой статистики, причин падения поставок тех или иных групп товаров плюс информация о проделанной работе. 

    В чем заключается эта работа?

    Диппредставитель завода

    Работа дипломатов по продвижению экспорта имеет к нему опосредованное отношение. Дипломатия работает над рамочными условиями и снятием преград. В повседневной дипломатической жизни — это контакты и встречи в министерствах и ведомствах для снятия проблемных вопросов, связи с деловыми людьми, политиками, лоббистами, организация деловых визитов, проведение круглых столов, форумов, презентаций. Белорусские дипломаты ищут ниши и возможности, информируют о тендерах, тянут предприятия на выставки, готовят обзоры рынка и так далее, сводят бизнес друг с другом. Но решения о производстве, рынках, сертификации, поставках, маркетинге, ценах, контрактах, покупках и продажах — всем том, от чего напрямую зависит экспорт, принимают не дипломаты. И не должны, конечно, же.

    Пример из моей дипломатической практики. Май 2020 года, отчет по экспорту в Швейцарию по итогам января-марта 2020 года. Анализ статистики показал падение по товарной позиции “кузова для автомобилей” в сравнении с аналогичным периодом прошлого года. 

    Какие кузова для каких автомобилей могут поставляться из Беларуси в Швейцарию? Порой, чтобы разгадать, что за продукт скрывается за названием товарной позиции по четырехзначному коду ТН ВЭД, приходилось заказывать таможенную статистику, из которой можно определить поставщика. 

    В данном случае речь шла о продукции резидента индустриального парка «Великий камень» швейцарской компании Carrosserie HESS AG — алюминиевых рамах. Из этих рам в швейцарском городке Беллах вырастают готовые электробусы и троллейбусы. Не знаю как сейчас, а на то время это была ключевая экспортная позиция Беларуси в Швейцарию из примерно 150 товарных групп. 

    Посольство “патронировало” реализацию этого проекта, поэтому были контакты в компании, через которые можно было узнать, в чем дело. А дело оказалось в том, что “в отчетном периоде компания испытывала перебои с поставками необходимых комплектующих. Кроме этого, в связи с обязательным 2-х недельным карантином для пребывающих в Беларусь из Швейцарии были прекращены поездки в нашу страну менеджмента, что также негативно отразилось на работе белорусской дочерней структуры”.

    В подобных случаях, если посольство может как-то повлиять на разрешение трудностей и снятие проблем в Беларуси или в стране пребывания, оно вмешивается и влияет. Святая обязанность. Нести же ответственность за поставки (показатели экспорта) дипломаты, конечно же, не могут. По крайней мере, до тех пор, пока не станут получать из МИД товары на реализацию.   

    “Вы же понимаете, что мы ошибаться не можем в назначении послов”, — обратился Александр Лукашенко к Владимиру Макею, назначая 20 сентября новых глав диппредставительств Беларуси в Таджикистане, Бразилии и Южной Корее. 

    Министр иностранных дел не стал скупиться на гарантии, понимая, видимо, что ничем особо не рискует: новый посол в Таджикистане может перейти разве что на сторону талибов, а глава миссии в Южной Корее — на сторону Северной. Макей без запинок заверил, что люди абсолютно надежные, прошли отбор, хорошо зарекомендовали себя на предыдущих местах работы. 

    Было видно и до этого кадрового для, что вера в 80% творит чудеса — продвигает людей к наградам и по карьерной лестнице. Поразительно здесь иное — сам Лукашенко верующим в него по ходу не доверяет.

    Фото: Jonny McKenna, Unsplash

    ПаказацьСхаваць каментары